30 апреля 2021 года...

Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...

ВЕЛИКИЙ ПЯТОК. ВОСПОМИНАНИЕ СВЯТЫХ СПАСИТЕЛЬНЫХ СТРАДАНИЙ ГОСПОДА НАШЕГО ИИСУСА ХРИСТА

ВЕЧЕРНЯ С ВЫНОСОМ СВ.ПЛАЩАНИЦЫ

25 апреля. Вход Господень в Иерусалим

Подробнее...Подробнее...Подробнее...

 

В храме Спаса Нерукотворного Образа прошло праздничное богослужение...

 

17 АПРЕЛЯ ...

Подробнее...

17 апреля – день памяти патриарха Алексия I. В России о нем написано не так много, хотя он возглавлял Русскую Церковь в течение 25 лет. Патриарху Алексию выпала задача исключительная по своей сложности – свидетельствовать о Боге в годы большевистских гонений; добиваться признания Церкви со стороны государства, провозгласившего атеизм официальной идеологией; укреплять Церковь в период сталинской диктатуры и хрущевской «оттепели». Человек «другого времени», иной культуры и воспитания, он смог подняться над собой ради того, чтобы из «обломков» церковного здания начать выстраивать всё заново в диалоге с государственной властью. На середину минувшего столетия в нашей стране пришлась не одна, а две «исторические битвы»: за право на физическое существование народа и за возможность духовного рождения в святом крещении, и успех второй оказался связан с исходом первой. Для Церкви это означало «сражение на два фронта».

Мария Дегтярева («СРАЖЕНИЕ» ДЛИНОЙ В ПОЛВЕКА.Памяти патриарха Алексия I)

Памяти Патриарха Алексия I

Подробнее...

О Подробнее...том, как проходил Великий пост патриарх Алексий I (Симанский)...

С Николаем Георгиевским беседовал Николай Бульчук, главный редактор радио «Радонеж». 1 апреля 2013 г.

– Когда вспоминаю о том в общем-то тяжелом для Церкви времени, чувствую теперь, насколько оно было благодатным. А благодать эта была в людях, которые помнили еще все дореволюционные традиции и уклады. И таких людей тогда было большинство.

Большинство русских людей в то время следовали православным традициям так, как это было принято исстари на Руси.

... Пост необходимо должен быть в церковной жизни. Такой пост, который сразу сообщает некоторую, что ли, осведомленность душе человека: «Пора подумать о вечном!», «Пора немного отойти от мирского!» И это касается не только и не столько еды, сколько помыслов. Ведь не человек для поста, а пост – для человека, потому что это врачевание души. К подвигу поста нужно отнестись так, чтобы человек сам переосмыслил свои действия, мысли, поступки и, проанализировав их, постарался избавиться от того, что он сделал плохого, или исправить то, что уже сделано не так...

...Помню тогдашнюю Патриархию, которая так же, как и все остальные, одевалась во все постное… А в чем это выражалось конкретно? Например, менялись цвета лампад – как в Патриархии, так и у нас дома. Все цветные лампады убирались до Пасхи, абсолютно все. Оставались только белые и прозрачные. Покрывальца в святом красном углу тоже менялись на простые или на черные....

...А в Московской Патриархии тогда царил особый дух. Знаете, это было непередаваемо!

Я вспоминаю и запахи. Запах крепкого восточного ладана, очень ароматный, запах каких-то тонких духов, к которому примешивался еще, пожалуй, запах крепкого хорошего кофе.

Помню, что Великим постом для Святейшего Патриарха из миндаля делали молоко, и это миндальное молоко несколько раз готовила даже моя мама. Надо сказать, что это был непростой процесс: нужно было сначала расшелушить миндаль, потом растолочь его, а потом добавить определенное количество воды. Причем после этого туда обязательно добавляли и освященную воду (впрочем, как и во все блюда, которые готовились в Патриархии).

Из кухни же обязательно доносился запах каких-то постных блюд, которые готовились тогда в Патриархии. А что мы тогда вкушали? Кисель с ложечкой меда, чай без сахара, сухарики черные – вот и все. Такой, например, была трапеза, которая готовилась для Святейшего Патриарха после совершения им богослужений.

А служил Святейший на первой неделе поста, как правило, «ефимоны» в приходских церквах или же в Богоявленском соборе (особенно в первый день поста). Первая Преждеосвященная литургия, конечно, бывала тоже в Богоявленском Елоховском соборе. А много позже, когда Святейший Патриарх был уже довольно старым и физически слабым (это, наверное, уже после того, как ему исполнилось 85 лет, тогда это как-то ощущалось), богослужения частично переносились уже в Крестовые церкви. Обычно же Великим постом Святейший служил и «ефимоны», и Преждеосвященную… То есть первая и последняя недели проходили у него обыкновенно в общественных богослужениях.

В то время при Патриархии состоял определенный повар, который мог угодить Святейшему Патриарху приготовлением, например, простых картофельных котлет, скажем, с грибным соусом. А на первое, помню, обычно были какие-то простые кислые щи, простая гречневая каша. Все было постным в еде, но и разговоров обычных тогда было мало!

Например, еще я очень хорошо помню, что обеденный стол в Патриархии постом был без скатерти: такой там был в столовой черный полированный стол.

Помню глубокие тарелки с постным яством: например, с киселем и ложечкой меда, туда добавленной. И помню, что мало было разговоров – все по-постному, все очень тихо, спокойно и как-то «с сокрушенным сердцем».

На самом деле пост – он, в общем-то, во всех этих мелочах, которые запоминаются детьми с самого раннего возраста. Я помню, например, как меня носили в храм, потом водили туда, а потом я уже сам встал на клирос…

А когда Святейший Патриарх умер, мне уже было ведь 26 лет! Так что 25 лет жизни с ним рядом – это, конечно, был очень приличный отрезок времени.

Надо еще сказать, что установленный при Святейшем Патриархе порядок удивительным образом не менялся из года в год. Как было все изначально заведено им же самим (или по примеру прошлых лет, или же он перенял это от своих родителей или от своего духовного отца – архиепископа, а потом митрополита Арсения (Стадницкого), так все это и шло.

Что же касается меня, то я был воспитан при Святейшем Патриархе Алексии I, и я никогда не устану повторять, что он был и остается постоянным эталон в моей жизни.

Несмотря на то, что Святейший Патриарх Алексий произносил все богослужебные возгласы тихим голосом, все это было очень четко, говорил же он на прекрасном русском языке. Был очень грамотным, очень воспитанным, очень интеллектуальным человеком, но, помимо этого, ты невольно ощущал, что он обладает огромной молитвенной практикой. И эта практика молитвы – даже при немощи, свойственной его почтенному возрасту, – всегда давала некую квинтэссенцию своего рода «пророческого чина», если можно так сказать.

– А в чем это выражалось?

– В его облике, в его манерах, в его голосе, в том, как он произносил слова. Это все было тоже очень, я бы сказал, интимно. Помню отчетливо, что весь храм замирал в тишине, когда Святейший Патриарх что-то произносил.

Конечно, он замечательно читал и Великий покаянный канон святого Андрея Критского.

Говоря о том удивительном и неповторимом времени, сложном, конечно, для Церкви, вспоминаю почему-то здесь и протоиерея Николая Колчицкого, который тоже работал тогда в Патриархии. Можно по-разному относиться к тому, как он общался с советскими властями, но ведь в храме это был пастырь! Пастырь, который мог произнести проповедь, рыдая от сознания своих личных грехов и исповедуя их вслух безбоязненно перед всеми молящимися, особенно в Прощеное воскресенье. Я никогда этого не забуду. А тогда, когда увидел это впервые, был совершенно потрясен!

Как ни говори, священник не может быть равнодушным, «амебным», индифферентным – он обязательно должен быть личностью. Личностью очень эмоциональной, очень восприимчивой к чужому горю, к чужим грехам. А в первую очередь – к своим. То есть главное – у него должна быть искренность и сознание своего как бы «наместничества» от Бога.

Ведь даже на исповеди мы слышим, что священник является лишь посредником между исповедником и Христом! Однако служащий священник (а уж тем более архипастырь) еще олицетворяет собой одушевленный образ Христа, как говорил об этом Святейший Патриарх Алексий. И если всегда помнить об этом, нужно предъявлять к себе очень высокие требования, потому что это крайне высокая ответственность.

– Да, время идет… Но я твердо убежден, что все еще у нас впереди, а главное – что в Церкви, как и в обществе, должен существовать закон. Личности должны воспитываться, лелеяться, а не подавляться. И на приходах, конечно, священник должен быть главным. Но главным – это быть добрым отцом, а не администратором или начальником. Мы, миряне, всегда ожидаем, соответствует ли священник или архипастырь своему именованию «отец». Как мы, например, называем Святейшего Патриарха: «Великий господин и отец наш». Так вот, священник должен являть собою эталон не только внешнего, но и внутреннего соответствия тому образу, который он призван олицетворять. Своей верностью, верой, добротой, любовью – то есть теми добродетелями, имена которых написаны на оборотной стороне его священнического креста: «Образ буди верным чистотой, верой, любовью…» Вот ведь что самое главное! И мне думается, что эти слова должны быть непреходящими для каждого священника. Тогда мы будем иметь личностей – и именно там, где они должны быть, где их ждут.

МУЗЕЙ СПАСО-КАЗАНСКОГО ЖЕНСКОГО МОНАСТЫРЯ . КО ДНЮ ПАМЯТИ ПАТРИАРХА АЛЕКСИЯ I.

Подробнее...Подробнее...Подробнее...

       

 

 

 

      18 сентября 1906 года в Троицком кафедральном соборе Пскова епископ Арсений совершил чин возведения иеромонаха Алексия в сан архимандрита. Одновременно ему было дано новое назначение с повышением по служебной лестнице — ректором в Тульскую духовную семинарию. Последующие пять лет (1906-1911) архимандрит Алексий проработал под началом тульских архиереев: епископа Лаврентия (Некрасова) и епископа Парфения (Левицкого).

Для архимандрита Алексия годы работы в Туле были очень плодотворными. Он окончательно сформировался как преподаватель и обогатился опытом общения с воспитанниками и с ученой корпорацией. Ему теперь ведомы были все особенности и тайны ректорской службы. Алексий много ездил по Тульской епархии, имел широкие знакомства среди духовенства и деловые связи в кругах Тульской городской и губернской властных элит; активно участвовал в проведении епархиальных съездов духовенства, в деятельности административно-церковных органов, братств и попечительств. Под его началом и при непосредственном участии стали традицией проводимые в Туле торжественные вечера и чтения по случаю тех или иных памятных церковных дат и событий; беседы для прихожан: рабочих и интеллигенции; издание епархиальных газеты и журнала, в которых архимандрит Алексий часто выступал в качестве автора статей на церковно-богословские темы. Приобрел он и первый опыт написания религиозно-назидательной литературы. В частности, к первой годовщине со дня смерти Иоанна Кронштадтского (1909 г.) подготовлена им была брошюра о жизни и трудах горячо любимого пастыря и проповедника.

В каникулярное время Алексий стремился посетить наиболее значимые церковные центры со своими воспитанниками, в Санкт-Петербурге, Москве, Курске, Орле, Белгороде, Пскове, Новгороде, Оптиной пустыне, Сарове и Дивееве. Ежегодно приезжал в Троице-Сергиеву лавру на день памяти Сергия Радонежского и в Чудов монастырь на панихиду по дедушке А.В. Симанском. В Туле его посещали близкие ему люди — отец, мать, брат Филарет, который после окончания кадетского корпуса вдруг принял решение оставить военную карьеру и поступать в Московскую духовную академию.

6-го октября 1911 года Святейший Синод принял решение о переводе архимандрита Алексия Симанского в Новгородскую семинарию «на таковую же должность», с одновременным назначением его настоятелем монастыря Антония Римлянина. 16 октября Алексий совершил в семинарском храме последнюю литургию. К собравшимся он обратился с со словом прощания, в котором были и такие слова: «Прерывается ныне союз, соединявший меня с вами, и наступает время разлуки. Время разлуки, — когда нарушается союз, укрепленный многими годами общей работы, взаимной помощи, взаимного служения, общими молитвами, почти постоянным совместным пребыванием, — бывает обычно на земле самым тяжелым и трудным временем. Это есть как бы смерть для данного места, для данных людей. И я теперь как бы преждевременно умираю для вас, с которыми до сего дня у меня было так много общего, так много для обеих сторон дорогого и святого. Это есть поистине тяжелая и скорбная минута».

Благовещение Пресвятой Богородицы

Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...

Благовещение Пресвятой Богородицы

В храме Иоанна Кронштадтского прошло утреннее богослужение с литургией свт. Иоанна Златоуста.

Иеросхимонах отец Серафим стал духовным наставником для великого множества людей...

      Подробнее...     Подробнее...

Иеросхимонах отец Серафим стал духовным наставником для великого множества людей. Под его пастырское окормление собирались миряне и монахи, священники и архиереи, среди которых были и такие выдающиеся иерархи как епископ Григорий (Лебедев), митрополит Серафим (Чичагов), епископ Николай (Ярушевич), архиепископ Алексий (Симанский).

Сохранились воспоминания о таком диалоге старца с будущим Патриархом Алексием I, спросившем, не лучше ли уехать за границу. «Владыко! А на кого вы Русскую Православную Церковь оставите? Ведь вам ее пасти! — последовал ответ старца. — Не бойтесь, Сама Матерь Божия защитит вас. Будет много тяжких искушений, но все, с Божией помощью, управится. Оставайтесь, прошу вас...»

                                                                                     Прп. Серафим Вырицкий

 

Музей! Мы участвуем в гранте Фонда Президентских грантов

Подробнее...Подробнее...Подробнее...

Редакция газеты "Островские вести"

29 марта 2021 в 11:30

«ПРОО «Общество истории и культуры Островского уезда» представляет проект «Связующая нить времен» о музее Спасо-Казанского женского монастыря на конкурс Президентских грантов.

Проблема, на решение которой направлен проект заключается в том, что посетители и слушатели испытывают потребность, но не имеют возможности в полном объёме получить имеющуюся в музее информацию. В фондах музея есть такие материалы, которых нет больше нигде»,— рассказала председатель общественной организации Людмила Ильичева.

Оснащение музея витринным и специальным оборудованием позволит разместить необходимые для ознакомления и изучения материалы. Во время экскурсий и лекций посетители и слушатели получат интересующую их информацию в полном объёме, что послужит росту их нравственного, культурного и духовного развития. Посещение музея и участие в лекциях станет не только познавательным, но и ярким, запоминающимся событием.

 

СПАСТИ ЛИПЫ НА АЛЛЕЙНОМ ПЕРЕУЛКЕ…

Подробнее...Подробнее...Подробнее...

 

На левом берегу реки Великой находилось сельцо Екатерининское, принадлежавшее дворянам Симанским, благодаря которым был построен храм Спаса Нерукотворного Образа и основан Спасо-Казанский женский монастырь.

Прошли годы… Возродился монастырь. О Симанских напоминают переулки, названные Симанскими…и старые липы Аллейного переулка. Весной в распустившейся кроне деревьев вьют гнезда птицы.

Март этого года стал губителен для лип Аллейного переулка. Началась их вырубка. Вот такие обрубки стоят вдоль дороги. А дорога эта ведет к монастырю….

Не могла ли наша Администрация провести ремонт дороги, по которой невозможно проехать и пройти… Мы ждем посещения исторических мест в нашем городе туристами. И каково им увидеть спиленные по-варварски деревья и пройти по заброшенной дороге по памятным местам нашего города?

Ко дню Памяти Патриарха Алексия I

Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...Подробнее...

 

     

 

 

         С 1904 по 1906 гг. иеромонах Алексий (Симанский) являлся инспектором Псковской Духовной семинарии, в 1905 года временно исполнял обязанности ректора семинарии.

В августе иеромонах Алексий был назначен на должность инспектора Псковской семинарии. Семинария была относительно небольшой, в ней училось около трехсот человек. Но хлопот и забот у инспектора было предостаточно: на нем лежала вся хозяйственная и воспитательная деятельность. Кроме того, Алексий преподавал в одном из классов семинарии историю и толкование Нового Завета.

Два года инспекторской службы пришлись на время первой русской революции, отголоски которой ощущались и в семинарии, где воспитанники выступали с политическими требованиями, устраивали забастовки и демонстрации. Ситуацию усугублял и обнаружившийся раскол среди преподавателей семинарии, которые подчас забывали о своих служебных обязанностях и в соответствии со своими политическими предпочтениями увлекались предвыборной борьбой и агитацией. Все же молодому инспектору удавалось сохранять в семинарии порядок и обеспечивать учебный процесс в стенах духовного заведения.

Впоследствии Святейший Патриарх так вспоминал об этом: «Должность инспектора семинарии довольно сложная и беспокойная, в сущности говоря, на нем лежит вся хозяйственная и воспитательская сторона. Ему приходится ежедневно с самого раннего утра и до позднего вечера, когда семинаристы отправляются на ночлег, быть на ногах».

По словам священника М. Князевского: «Наше юношество… внесло красное знамя политической борьбы внутрь духовной школы и объявило забастовку, сначала в октябре под предлогом добиться скорейшей реформы семинарии, а теперь 1 мая ради солидарности с рабочим пролетариатом…». Зачастую эти выступления учащихся сопровождались «дерзкими выходками грубости и варварства, как бросание в окна квартир камней, обливанием серной кислотой, употреблением насилия», так семинаристы, встретив погребальную процессию «с крестом и причтов в церковном облачении» не только не сняли головных уборов, но и «нарушали священное пение, пением иного характера». Алексий в 1911 году еще более резко высказался по поводу этих революционных событий: «Рассадники пастырства заявили себя неслыханным доселе кощунством. Дань времени, жертва Молоху революции принесена полная…», некоторые семинарские революционеры кричали: «Долой Самодержавие, долой начальство; все за одного и каждый за всех».

В это время ректор и инспектор проявили исключительный такт и дипломатичность – им удалось сохранить в семинарии порядок и обеспечить учебный процесс. Но все же семинария была дважды закрываема: в октябре 1905 года и в мае 1906 года, когда семинаристы поголовно бойкотировали занятия.

29 мая 1906 года в Псковской семинарии закончились занятия с учениками, не примкнувшими к первомайской забастовке. Учебный год закончился «репетиционными испытаниями», которые прошли вполне успешно. Из 25 человек пятого класса – 23 переведены были в шестой класс и только двое были отправлены на пересдачу; из числа учащихся других классов не сдали экзамены тоже лишь двое. В храме семинарии 30 мая был отслужен благодарственный молебен. В его служении приняли участие: ректор архимандрит Никодим, инспектор иеромонах Алексий и соборный протоиерей М. Лавровский.

Забастовка 17 российских семинарий не прошла незамеченной в Святейшем Синоде. В результате реформационной работы Учебного комитета при Синоде были введены изменения в учебную программу семинарий. Было усилено преподавание словесности, физико-математических и философских наук.

В сентябре 1906 года судьба Алексия Симанского резко изменилась: 18 сентября 1906 г. в Троицком кафедральном соборе Пскова епископ Арсений, переведенный на Псковскую кафедру, возвел иеромонаха Алексия в сан архимандрита, и одновременно ему было дано новое назначение с повышением по служебной лестнице – ректором в Тульскую духовную семинарию.

 

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий I (Cиманский)

 

Настоятельница Спасо-Казанского Симанского монастыря игумения Маркелла (Павлова)

www.mossysadmin.ru - cоздание и продвижение сайтов